При Советском союзе мы закупали хлеб заграницей. Сегодня Россия — экспортер пшеницы. Это при том, что я в Центральной России (Москва + соседние области) достаточно редко вижу используемые поля. Сегодня чуть ли не впервые за одну поездку через Ивановскую и Владимирскую области увидел несколько засеянных полей. Даже побывал в зажиточном селе. Минут 30 наблюдения за бытом местных жителей на главном перекрестке завораживают: комбайны едут в сторону поля, тетушки ждут автобуса, парень на затюнингованном жигуленке подкатывает к девушке, алкоголик идет в магазин, мужик на VW куда-то едет с грузом томатов — жизнь кипит.

А еще меня всегда поражает, когда какой-нибудь занимательный факт, о существовании которого я узнаю, например, в понедельник, потом независимо от этого всплывает в течение недели несколько раз. Сегодня ночью распивали пиво в тамбуре поезда дальнего следования. Проходящий по вагонам милиционер (по мнению проводницы его функция заключается в пресечении попыток провоза велосипедных колес на полу поезда, а не на третьих полках) спросил чего это мы тут пьем пиво, типа это рабочий тамбур. То есть тамбур, который находится со стороны купе проводника называется рабочим. Я нашел этот факт забавным. Вечером же мама рассказала интересный факт: оказывается ящики в поездах, в которых беспризорники путешествовали по стране в Гражданскую войну, да и в начале 20-х вообще, изначально во времена буржуазного строя предназначались для собак. «Бедные собаки, — сказала мама, — сейчас хоть можно либо выкупить все купе, либо оставить их не в рабочем тамбуре». Вот так один термин, с которым я впервые столкнулся ночью, вторично мне попался уже вечером этого же дня.